Учебник «Военная гигиена» часть 1

3.3. Гигиенические особенности питания войск в экстремальных условиях

Питание в жарком климате

В районах жаркого климата человек находится в состоянии перманентного теплового прессинга, особенно в летние месяцы. При температуре среды обитания, равной или превышающей среднюю температуру поверхности тела, испарение пота оказывается единственным способом поддержания теплового равновесия организма. Расчеты показывают, что в подобных условиях для отведения каждых 4,2 мегаджоулей (1000 ккал) метаболического тепла с поверхности тела и верхних дыхательных путей должно испариться менее 1725 г влаги. Эта влага поступает преимущественно через потовые железы, которые способны в условиях теплового стресса секретировать 10—12 и даже до 15 л пота в сутки.

Пот в основном состоит из воды, которая в широком смысле рассматривается как эссенциальный элемент питания. Кроме того, в него входят азотсодержащие вещества, минеральные соли, микроэлементы, витамины и др. Поэтому потоотделение как звено системы терморегуляции теснейшим образом связано с питанием. Эта связь выражается прежде всего в том, что сопряженное с водным дефицитом возбуждение и перевозбуждение отделов центральной нервной системы, регулирующих водный обмен по принципу отрицательной индукции, вызывает торможение пищевого и двигательного центров, следствием чего являются снижение двигательной активности (охранительная гипокинезия), угнетение аппетита, замедление моторной (эвакуаторной) функции желудочно-кишечного тракта, торможение слюноотделения, секреции желез желудка и поджелудочной железы, уменьшение выделения желчи и общего количества ферментов, поступающих в желудочно-кишечный тракт.

Усиленное потоотделение наряду с обезвоживанием организма ведет к потерям с потом перечисленных веществ. На значительные потери с потом азотсодержащих веществ указали впервые Митчелл и Гамильтон в 1949 г. и предложили учитывать эти потери при определении потребности организма в белке. Они нашли, что при минимальном потоотделении (потери массы тела до 90 г/ч) потери азота с потом составляют 15 мг/ч (2,7 % общих потерь азота), а при максимальном — 152 мг/ч (22,5 % общих потерь).

В опытах Консоляцио потери азота достигали до 300 мг/ч, вследствие чего он рекомендует увеличивать норму потребления белка в тропиках на 13-14 %.

В дальнейшем было установлено, что потери азота с потом уменьшаются при акклиматизации к жаре, при снижении количества белка в диете и при увеличении скорости потоотделения. При этом наблюдается также компенсируемое снижение выделения азота с мочой.

Суммарное выведение азота из организма человека, длительно находящегося в условиях высоких температур, и азотистый баланс практически не изменяются. В связи с этим, эксперты ФАО/ВОЗ полагают, что значительного увеличения потребности в белках в условиях жаркого климата не происходит. Видимо, потребление свыше 110 г белка, содержащегося в продуктах солдатского рациона, позволяет полностью обеспечить потребности в белках в условиях жаркого климата. Потери минеральных веществ могут быть также весьма значительными и в случае интенсивного длительного потоотделения могут обусловить солевое истощение, сопровождаемое резким снижением работоспособности, судорогами и некрозом мышц — рабдомиолизом, нарушением трансмембранного потенциала в клетках, накоплением в них солей и воды и потерей мышцами креатинфосфокиназы. Причем считается, что основной причиной этих явлений служит потеря калия, которая может достигать 40 мэкв в день (1,6 г), а хлористого натрия — 70 г в день. Остальные элементы содержатся в поте в незначительных количествах (кальций — от 1 до 8 мг %; магний — 0,4 мг %; железо — до 6 мг %) и вряд ли могут существенно влиять на общий их баланс, за исключением железа, потери которого могут достигать 37 % от вводимого в организм и обусловливать железодефицитную анемию, а также йода, выведение которого может превышать таковое с мочой в 2-2,5 раза, что следует учитывать, особенно в йоддефицитных геохимических регионах.

В поте обнаружены практически все витамины и их метаболиты, однако количество их сравнительно невелико, в связи с чем не существует единого мнения относительно влияния потоотделения на баланс витаминов. Отечественные ученые считают это влияние значительным, тогда как зарубежные, в том числе и эксперты ФАО/ВОЗ (1974), полагают, что оно существенной роли не играет.

Неблагоприятное действие перечисленных особенностей питания в жарких условиях может быть ограничено проведением некоторых организационных, хозяйственных, технологических и других мероприятий.

Прежде всего следует принять меры к снижению перегревания людей. Это достигается путем уменьшения образования метаболического тепла и ограничения притока тепла извне. Первое обеспечивается рациональной организацией труда и отдыха; второе — переносом рабочего времени на утренние и вечерние часы; применением надлежащей одежды и использованием природных и искусственно сделанных укрытий, защищающих людей от прямой солнечной радиации, при обеспечении проветривания.

Далее следует организация так называемого смещенного режима питания, т. е. перенос основных приемов пищи на относительно прохладные часы суток, когда тепловое состояние человека в известной мере нормализуется, улучшается пищеварительная секреция и восстанавливается аппетит. По этому режиму завтрак рекомендуется начинать в 5.30-6.00 и выдавать при этом около 35 % энергосодержания суточного рациона. Обед в 11-11.30 ч, когда солнце еще не достигает зенита; энергосодержание его сокращают до 25 %. Ужин рекомендуется усиливать, выдавая на этот прием пищи около 40 % суточного рациона, и завершать его в 18-18.30 по местному времени.

Из широкого ассортимента первых блюд следует отдавать предпочтение нежирным овощным и молочным супам. Ко вторым мясным, рыбным и овощным блюдам желательно готовить острые соусы, а третьи блюда — традиционные кисели и компоты — выдавать только в охлажденном виде.

Основные блюда следует дополнять холодными закусками (салаты, винегреты) и обеспечивать выдачу по потребности чая. При приготовлении пищи важно полностью использовать по назначению положенные по нормам пайков и рецептурам вкусовые вещества (соль, перец, лавровый лист, чеснок и др. ), а также готовить блюда с повышенной концентрацией экстрактивных веществ, которые, как известно, стимулируют секрецию пищеварительных соков и аппетит. Это достигается более строгим соблюдением установленных рецептур и технологических режимов войсковой кулинарии, а также некоторым сокращением выхода готовых блюд, например, первых блюд до 500 г, но при сохранении норм закладки всех продуктов.

Количество и периодичность приема жидкости в рассматриваемых ситуациях приобретают особое значение. Эти вопросы детально рассматриваются в гигиене водоснабжения войск. Здесь же необходимо напомнить одно из основных правил питьевого режима: пить воду по мере возникновения жажды и до полного ее утоления.

Рекомендации в отношении водно-солевого режима не могут быть однозначны. Если выделение пота не превышает 4—6 кг в сутки, дополнительное подсаливание воды, как это рекомендуется некоторыми специалистами для жаркого климата, не является необходимым. Поскольку пот гипотоничен по отношению к плазме, обильное его выделение создает относительный избыток осмотически активных веществ во внутренней среде организма. Дополнительные солевые нагрузки перед работой или во время ее лишь усугубляют водный дефицит, практически не влияют на интенсивность потоотделения, увеличивают выведение жидкости с мочой. Пища, содержащая поваренную соль в пределах вкусового запроса, обычно восполняет физиологические потребности в ней. Поэтому выдача и пополнение запасов поваренной соли перед каждой раздачей пищи для ее индивидуального подсаливания являются простейшими, но важными в рассматриваемых условиях элементами сервировки обеденных столов войсковых столовых.

При многодневных потерях больших количеств пота (свыше 4—5 л) дефицит минеральных солей, особенно калия, и витаминов может быть значительным, что обусловливает необходимость коррекции пищевых рационов с целью предупреждения солевого истощения и девитаминизации.

В некоторых зарубежных армиях рекомендуется употреблять 0,9—1 % солевые напитки, содержащие комплекс необходимых элементов и прежде всего калия. Есть основание рекомендовать выдачу водорастворимых витаминов и в особенности усилить контроль за соблюдением правил сохранения витаминов в процессе приготовления пищи и выдачи готовых блюд, а также комплексный контроль за витаминной обеспеченностью военнослужащих, включая наблюдение за статусом питания контрольных групп. Особое внимание должно уделяться лицам, состоящим на диетическом питании, памятуя о том, что кулинарные приемы приготовления диетических блюд увеличивают потери (разрушение) витаминов, а потребность в них лиц, нуждающихся в диетическом питании, повышена.

Относительно необходимости изменения энергосодержания рационов в условиях жаркого климата единого мнения не существует. Некоторые исследователи (Джонсон, Карк, Митчелл) считают, что энергетическая потребность в этих условиях уменьшается вследствие снижения основного обмена, легкой одежды и меньшей подвижности. Другие (Консоляцио, Адольф) приводят доказательства повышения энерготрат за счет работы потовых желез, повышения температуры тела, усиления работы сердечно-сосудистой системы. Однако Комитет экспертов ФАО/ВОЗ (1973) на основании изучения существующей литературы пришел к выводу об отсутствии теоретической основы для корректирования потребности в энергии в зависимости от климата.

В условиях жаркого климата возрастает значение профилактики желудочно-кишечных, инфекционных, протозойных заболеваний и гельминтозов, имеющих алиментарный механизм передачи. Как отмечалось ранее, первичная профилактика этой группы заболеваний должна распространяться на все три звена эпидемического процесса. Все источники поступления в воинскую часть скоропортящихся продуктов, система их хранения и переработки в войсковых столовых должны находиться под строгим производственным и медицинским контролем. Особое внимание обращается на контроль за достаточностью и бесперебойной работой войсковых холодильных устройств, соблюдением сроков и температурных режимов хранения скоропортящихся продуктов. Следует также учитывать особенности транспортирования и хранения зернопродуктов — муки, крупы, макаронных изделий, сухарей и т. п. Высокая внешняя температура, особенно сочетающаяся с повышенной влажностью воздуха («жаркий влажный климат») или с периодическим увлажнением продуктов, благоприятствуют размножению амбарных вредителей, микроскопических грибков (плесеней), в том числе продуцирующих микотоксины, а также возбудителей «картофельной болезни» пшеничного хлеба Перечисленные мероприятия носят главным образом организационный характер, реализация их не требует существенного изменения норм питания военнослужащих.

Питание в холодном климате

Районы холодного климата характеризуются низкими температурами воздуха, значительной влажностью, большими скоростями ветра, резкими перепадами атмосферного давления и необычной фотопериодичностью, связанной с отсутствием ночи в период полярного дня и продолжительной полярной ночью в зимнее время, и рядом других особенностей. Эти особенности сказываются прежде всего на образе жизни, труде и быте военнослужащих и обусловливают определенный стереотип уравновешивания организма с окружающей средой. Важным компонентом названного стереотипа является питание.

Большинство ученых считают, что в холодных условиях повышаются энерготраты человека, в соответствии с чем должно повышаться энергосодержание пищевых рационов. В общем плане, по-видимому, с таким мнением можно согласиться, однако при решении вопроса относительно конкретных ситуаций оно может оказаться несостоятельным. Дело в том, что повышение энерготрат в условиях холода связано, по-видимому, с образом жизни, а не с фундаментальными перестройками энергообмена. Надлежащая одежда и жилище в сочетании с малоподвижным образом жизни обеспечивают обычный уровень энергообмена, хотя на этот счет имеются и другие соображения, особенно у отечественных исследователей. Так, И. С. Кандрор (1964) считает, что основной обмен у пришлого населения, особенно у людей, работающих на открытом воздухе, спустя 3—6 мес повышается на 13 %, а у некоторых — на 25—30 % и держится затем на уровне 115—117 %, свидетельствуя о стойкой физиологической адаптации. А. П. Добронравова (1969) нашла, что такое повышение обмена наблюдается лишь летом, а зимой происходит его снижение до 94 %. Она же и многие другие исследователи обнаружили повышенный основной обмен летом у коренного населения Севера. В. В. Борискин (1973) в многочисленных наблюдениях за основным обменом зимовщиков Заполярья и Антарктиды не обнаружил заметного повышения основного обмена; напротив, зимой он снижался в среднем на 7 % за счет индуктивного влияния пониженной физической активности. Не обнаружено также каких-либо отклонений от обычного уровня величины метаболического термогенеза на введенную пищу различного состава.

Таким образом, положение об отсутствии заметных влияний основного обмена на общий энергообмен, по-видимому, следует считать правильным. Это подтверждается низким уровнем энергопотребления коренных жителей Севера. Так, взрослые эскимосы при массе тела 65 кг потребляют 2800—2900 ккал в сутки. Полярные животные защищаются от холода не усилением теплопродукции, а увеличением теплоизоляции (Слоним А. Д., 1941).

Обмен существенно повышается лишь в том случае, если жилище или одежда оказываются недостаточными для защиты от холода. Тогда возникает первичная реакция на охлаждение, а затем так называемая холодовая дрожь, вследствие чего значительно повышается обмен (до 170 % по В. В. Борискину, 1973), причем особенно во время первичной реакции, когда ощущение значительного охлаждения еще отсутствует. Однако такое состояние длительно продолжаться не может, и человек будет вынужден или укрыться в жилище, или увеличить свою физическую активность. В противном случае наступает переохлаждение со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Допускается возможность привыкания к холоду после повторных 5—10 экспозиций, в результате чего повышается порог температуры кожи, при которой возникает холодовая дрожь, появляется способность спать на холоде и предпочтение к более легкой одежде и низким температурам в помещении. Однако скорость обмена, как показали исследования в холодовых камерах, при этом заметно не увеличивается даже во время сна, и возможности такого приспособления ограничены. Критическая температура воздуха для обнаженного человека при длительном пребывании оказалась равной 26—29° С и дальнейшее ее снижение не приводит к адаптации.

Таким образом, на уровень энерготрат влияет в основном вынужденное или вызванное хозяйственно-бытовой или военной необходимостью повышение физической активности. Кроме того, не малую долю вносит одежда, прежде всего ее масса, достигающая иногда 10 кг и более (Кощеев В. С., 1970), а также ее способность затруднять движения отдельных частей тела и всего организма в целом. По данным Грейя и др. (1951), энерготраты за счет арктической одежды могут увеличиться на 16 % против одежды тропической и на  8% — против одежды умеренных климатических зон. В. В. Борискин (1973) считает, что такое увеличение может достичь 30 %.

Известной особенностью арктических районов является наличие снежного покрова, который существенно затрудняет передвижение людей и обусловливает необходимость дополнительного расхода энергии. Опыты показали (Мак Керрол, Голдман и др., 1979), что при ходьбе со скоростью 2,4 км/ч и переносимом грузе 9 кг энерготраты при глубине снега в 10 см составляют 6,2 ккал/мин, 20 см — 9,3 ккал/мин, 30 см — 12,4 ккал/мин, а при движении со скоростью 4 км/ч соответственно 10, 13 и 16 ккал/мин. Следует иметь в виду, что максимальная скорость добровольной работы тренированного солдата составляет 7 ккал/мин. Энерготраты 10 ккал/мин переносятся в течение одного часа, а 15—20 ккал/мин — лишь 6—7 мин. Передвижение на лыжах более эффективно, но также сопряжено со значительными энерготратами. Так, при скорости ходьбы 3,7 км/ч по лыжне на ровной местности и грузе 15—35 кг энерготраты составляют 6,6 ккал/мин, при скорости 6,6 км/ч — 7,9 ккал/мин, при скорости 10 км/ч — 14,8 ккал/мин.

Пандолф и др. (1976) предложили уравнение, прогнозирующее энерготраты (М), если известны переносимый груз, масса одежды, скорость передвижения и тип грунта:

М = 0,86? (mt,) (1,5 V2) + 1,5В + 2 mt•(cl/В)2

где .М — скорость обмена, ккал/ч;

mt — масса тела (B)+масса одежды и масса груза (cl),кг;

с1 масса груза, кг;

V — скорость движения, м/ч;

? — коэффициент грунта (для асфальта и тредбана 1,0; грязная дорога 1,1; мелкий кустарник 1,2; густой кустарник и лес 1,5; болото 1,8; плотный снег 1,3; глубокий снег — до 5).

В связи с тем, что физическая активность, одежда и жилище могут быть различными, неодинаковыми будут и рекомендации относительно энерготрат и энергосодержания пищевых рационов. Так, Родаль (1954) рекомендует 5500— 6000 ккал, Бускирк и др. (1957) —4500 ккал, Уелч- и др. (1958), Мак Керрол и др. (1979) —4340—4368 ккал. У шахтеров на Шпицбергене при таких рационах увеличивается масса тела за счет накопления жира. Исследования, проведенные в канадских пехотных войсках, проходивших тренировку зимой в Субарктике, показали, что энерготраты не превышали 3484 ккал. На этом основании была предложена норма для этих условий — 3600 ккал в сутки (1973).

А. Я. Шамис (1969), изучая статус питания зимовщиков Антарктиды (ст. Восток), нашел, что энергетическая потребность их не превышает 3650 ккал/сут. С учетом возможности авральных работ энергосодержание рациона может быть повышено до 3800—4000 ккал. К такому же выводу пришел В. В. Борискин (1973), установивший средний уровень энерготрат зимовщиков ст. Новолазаревской, равный 3510 ккал/сутки, а максимальный — 3730 ккал/сутки. По его мнению, лицам, выполняющим работу в служебных помещениях, достаточно 3500 ккал/сутки; при дополнительных работах вне помещений в течение 3—4 ч — 4000 ккал/сут. и при ежедневной многочасовой работе в полевых условиях (санно-гусеничные походы) — 5000 ккал/сут. Энергосодержание отечественных рационов составляет более 4000 ккал, из чего следует, что при малоподвижном образе жизни оно может быть излишним. Надо полагать, что наиболее правильным будет дифференциальный подход к проблеме обеспечения энергетической квоты северных рационов с учетом их предназначения для тех или иных групп населения и войсковых контингентов, ведущих определенный образ жизни. Другими словами, северный рацион должен быть категорирован по физической нагрузке с добавлением 10—15 % на ношение тяжелой одежды. Меньшая дифференциация в связи с образом жизни требуется при установлении качественного состава рационов. Известно, что для умеренных климатических зон оптимальным соотношением белков, жиров и углеводов считается 1:1:5. Долгое время существовало мнение, что эти соотношения должны сохраняться и в северных рационах. Однако исследованиями последних лет (Казначеев В. П. и др., 1980) установлено, что в процессе адаптации человека к условиям жизни в высоких широтах происходят заметные изменения биохимического стереотипа обмена, вследствие перестройки спектра ферментных констелляций на уровне желудочно-кишечного тракта, печени, тканей и клеток. В частности, снижается активность ключевых ферментов углеводного обмена (гексокиназы, глюкозо-6-фосфатдегидрогеназы), усиливаются процессы, связанные с мобилизацией и использованием жира и белков в энергетическом обеспечении организма. Поэтому в формуле сбалансированного питания для лиц, перемещающихся в холодные климатические зоны, должны быть поставлены «белково-липидные акценты», характерные для питания местных жителей (аборигенов). Однако на этот счет существуют и другие мнения. Так, В. В. Борискин (1973), анализируя состав рационов, предпочитаемых зимовщиками в Антарктиде, пришел к выводу, что если соотношение жиров, белков и углеводов в них отличается от обычного, то лишь в сторону потребления белков, поставляемых мясными блюдами. Однако и он считает, что в случае увеличения энерготрат до 4000 ккал следует повышать жировую квоту в рационе. Такое изменение структуры в рационе естественно изменяет потребности человека в других эссенциальных компонентах, в частности в витаминах. Увеличивается потребность в жирорастворимых витаминах, в частности в токоферолах, которые наряду с влиянием на многочисленные функции организма (мышечную, половую и т. п.), будучи антиоксидантами, защищают высоконепредельные жирные кислоты от неферментативного свободнорадикального окисления.

Человек уменьшает отрицательное влияние холодного климата, создавая вокруг себя два пояса защиты — одежду и жилье. Однако и то и другое имеет отрицательные стороны.

Длительная полярная ночь, продолжительное пребывание в помещении обусловливают световое, а точнее — солнечное голодание. Последнее проявляется в снижении эндогенного синтеза витамина Д, дефицит которого может отрицательно влиять на фосфорно-кальциевый обмен, чему способствует потребление слабоминерализованной воды. Поэтому есть основание полагать, что в условиях Крайнего Севера необходима дополнительная Д-витаминизация пищи, а также профилактическое ультрафиолетовое облучение, особенно для детского населения.

Потребность в витамине С населения северных районов страны, изучавшаяся Г. М. Данишевским, Н. Н. Пушкиной и другими, считается более высокой (на 30—50 %), чем в умеренных климатических зонах. Вследствие сдвига обмена в липидно-белковом направлении увеличивается потребность в витаминных группах В (В1, В2, В6 и никотинамид), о чем свидетельствуют увеличение в крови сахара, пирувата и лактата снижение уровня тиамина (Казначеев В. П. и др., 1980).

По данным В. В. Ефремова, суточная доза витаминной группы В для северян должна быть почти удвоена и составлять: тиамина 4—5 мг, рибофлавина 3—4 мг, ниацина 30—40 мг в сутки.

Таким образом, в условиях высоких широт изменяется потребность в основных эссенциальных нутриентах. К сожалению, обосновать вариант оптимальной формулы сбалансированного питания для этих условий пока не представляется возможным. Но рассмотренные факты позволяют выделить те направления рационализации питания, которые требуют повышенного внимания со стороны должностных лиц медицинской и продовольственной служб.

Главной особенностью продовольственного снабжения в высокоширотных местностях являются ограниченная возможность производства пищевых продуктов на месте, сезонный характер завоза их и необходимость, следовательно, накопления больших запасов продовольствия для текущего использования. Хранение большинства продуктов в этих районах не представляет особых трудностей. Однако возникают трудности защиты от замораживания завозных овощей и плодов. На практике выработаны некоторые полезные и эффективные приемы, например, снегование капусты, варка мороженого картофеля без предварительного оттаивания и др. Оттаивание и повторное замораживание снижают не только органолептические свойства, но и питательную ценность всех видов пищевых продуктов.

В настоящее время во многих гарнизонах, расположенных на Крайнем Севере, расширяется оранжерейное выращивание свежей зелени (лука, редиса). Это следует всячески пропагандировать и устраивать при малейшей к тому возможности.

Как уже упоминалось, из-за длительного употребления маломинерализованной воды может нарушаться минеральный и, прежде всего, фосфорно-кальциевый обмен, в связи с чем необходимо обращать внимание на достаточность обеспечения солями и микроэлементами. Следует заметить, что по этому вопросу также нет единого мнения. Многие исследователи утверждают, что маломинерализованная, в особенности дистиллированная, вода, используемая на морских судах, в безводных местностях и в высоких широтах (снеговая вода), оказывает существенное влияние на состояние здоровья людей, вплоть до увеличения частоты возникновения сердечно-сосудистых заболеваний, опухолей и др. В связи с этим рекомендуют добавлять в такую воду специальные солевые смеси, морскую воду или фильтровать ее через мраморную крошку. Другие не придают такого большого значения минеральным веществам воды, считая, что основным поставщиком их в организм являются пищевые продукты. Значение воды как носителя минеральных веществ установлено лишь для кальция и фтора, причем значение первого проявляется лишь при недостаточном поступлении его с пищей, второго — при недостатке его в воде. В связи с этим люди чаще болеют кариесом зубов. В настоящее время принято питьевую воду, содержащую мало названного элемента, фторировать путем внесения фтористого натрия или фторида фосфорной кислоты до 1 —1,5 мг/л по фтору. Это мероприятие особенно полезно проводить в высоких широтах при использовании маломинерализованной воды. Что касается величины потребностей в питьевой воде в названных широтах, то она может быть значительной и приближаться к потребности в жарких районах. Это связывают с увеличением энерготрат за счет тяжелой одежды, передвижения по снеговому покрову и т. п., что сопровождается значительным потоотделением, приводящим в некоторых случаях к некомпенсированной дегидратации, чему способствует маломинерализованная вода, которую, как правило, меньше пьют даже при достаточной обеспеченности ею.

Питание в высокогорной местности

Для горных и высокогорных климатических районов характерно:

— пониженное атмосферное давление и соответственно уменьшенное парциальное давление кислорода, обусловливающее в той или иной степени явления гипоксии;

— значительные суточные колебания температуры воздуха (возможность перегревания днем и переохлаждение ночью, интенсивное солнечное излучение);

— крутые подъемы и спуски, преодоление которых требует высокого физического напряжения;

— ограниченное число дорог и площадок, удобных для развертывания батальонных продовольственных пунктов;

— трудности в обеспечении доброкачественной водой. Среди экстремальных факторов, воздействующих на человека в условиях высокогорья, наиболее неблагоприятный эффект оказывает кислородное голодание. Поэтому в системных изменениях, возникающих в организме в процессе приспособления, наиболее выражены изменения обмена веществ, направленные на сохранение гомеостаза и адаптацию к малокислородному режиму.

При изучении особенностей обмена в условиях высокогорья отмечено, что существуют различия между физиологическими реакциями аборигенов, длительно проживающих в высокогорье и имеющих стойкие, в том числе генетически обусловленные адаптационные механизмы, и людьми, перемещающимися с равнины.

В условиях высокогорья наблюдается угнетение секреторной и моторной функций желудочно-кишечного тракта. Дефицит кислорода влияет на пусковые сложнорефлекторные механизмы регуляции секреторных функций системы пищеварения — слюноотделение и первую фазу желудочной секреции. Более устойчивы к воздействию данного фактора функции, которые зависят от гуморальных механизмов регуляции: секреция поджелудочного сока и желчеобразование. Под влиянием гипоксии происходит снижение секреции пищеварительных желез, однако «высокий порог» для разных желез различен. По данным Баркрофта (1934), для слюнных желез он составлял 3500—4000 м, для кишечных — 7000—8000 м. Перистальтика тонких и в меньшей степени толстых кишок в этих условиях угнетается. Сочетанное воздействие гипоксии и существенной дегидратации на высоте оказывает выраженное влияние на моторику кишечника и приводит к таким неблагоприятным явлениям, как запоры.

При длительном пребывании человека в условиях высокогорья возможно расстройство функции тонких кишок, ведущее к нарушению процессов всасывания жиров и, возможно, других питательных веществ.

Вследствие неполного окисления продуктов белкового и жирового обмена нарастает концентрация остаточного азота; в крови, в моче появляются недоокисленные продукты: ацетон, ацетоуксусная кислота и др. Основной обмен в расчете на единицу массы тела увеличивается, а масса тела снижается, что связано с активизацией функции щитовидной железы.

Водный обмен изменяется в сторону гипогидратации тканей за счет увеличения диуреза и потерь воды с выдыхаемым воздухом. В результате перечисленных изменений обмена у военнослужащих отмечаются анорексия, потеря массы тела,уменьшение количества жировой ткани и отрицательный азотный баланс.

В опытах Хеннона и других (1969) аппетит, особенно на вторые сутки, снижался более чем на 40 %, однако к 7-му дню пребывания на высоте он достигал уровня, который был до подъема на высоту.

Перечисленные показатели меняются в зависимости от пола, возраста и степени адаптированности, однако общее их направление остается примерно одинаковым и должно учитываться при организации и осуществлении питания личного состава. Прежде всего, предусматривается энергосодержание пищевых рационов, поскольку действия в горах связаны со значительными энерготратами.

Рекомендуется обеспечивать личный состав,, действующий в горах, рационом, содержащим до 4500 ккал (около 17 МДж). Что касается качественного состава, то, учитывая трудности метаболизации жира и частично белков, предусматривается крен в сторону увеличения квоты углеводов, причем предпочтение отдается не одному из них, а их смесям. В этом случае обеспечивается своеобразное эшелонирование поступления углеводов на метаболический конвейер: пока усваиваются быстровсасывающиеся моно- и дисахариды (углеводы немедленного действия), завершается энтерогенная подготовка полисахаридов к всасыванию и дальнейшей транспортировке их энергетическим подстанциям клеток — митохондриям.

Близким к оптимальному можно считать соотношение белков, жиров и углеводов как 2:1:10, вместо 1:1:5 в обычных условиях. Однако, по данным некоторых исследователей (Хеннон и др., 1969), потребности в углеводной диете, начиная с 4—5-го дня пребывания на высоте, начинают снижаться, а потребности в жирах — возрастать и к 7—8-му дню пребывания на высоте они вместе с аппетитом достигают исходного уровня, тогда как потребности в белках остаются пониженными.

Исследованиями Джонсона, Консоляцио и других (1969) установлено, что на высокоуглеводную диету в сочетании с физической нагрузкой полезно переходить за несколько дней до подъема на высоту.

Считают, что в условиях высокогорья имеется повышенная потребность в витаминах, однако экспериментальных исследований по этому поводу проводилось мало. П. И. Шилов и Т. Н. Яковлев (1970), основываясь на литературных данных, предлагают следующие ориентировочные нормативы витаминов для высокогорья (таблица 3.11).

Таблица 3.11. — Потребность в витаминах в высокогорной местности

Условия

Витамины,   мг

С

В1

В2

РР

А

Высота  1500—3000  м, энерготраты 4000—5000 ккал/сут

100-125

5-7

5

30-40

3-4

Высота  более  3000  м, энерготраты свыше 5000 ккал/сут

125-150

7-10

8

40-50

4-5

Имеются указания на повышение потребности организма в минеральных веществах (кальций, магний, фосфор), и особенно в железе, в связи с увеличением синтеза гемоглобина. При длительном пребывании в горах может возникать недостаток йода, в связи с чем полезно наладить обеспечение личного состава йодированной солью.

Режим питания личного состава в горной местности в основном соответствует режиму, соблюдаемому на равнинах. В походах при восхождениях на горные вершины целесообразно организовывать четырехразовое питание: перед выходом выдается около 30 % энергосодержания рациона, на второй завтрак во время одного из привалов (в 12—13 ч) — 10—15 %, в обед — 35—40 % и в ужин — 20—25 % рациона. Часть сахара, галеты рекомендуется выдавать на руки для использования по своему усмотрению в периоды наибольшей физической нагрузки.

Следует иметь в виду, что при пониженном атмосферном давлении вода закипает при более низких температурах (3—4 °С на каждые 1000 м), вследствие чего продолжительность варки пищи, например на высоте 2000 м над уровнем моря, возрастает на 20—30 %, а на высоте 4000 м — на 50—80 %. Вследствие этого рекомендуется формировать запасы продовольствия из консервов, концентратов, быстроразваривающихся круп; при приготовлении пищи практиковать предварительное замачивание сухих овощей, круп (особенно бобовых), мясо разрезать на мелкие куски и обеспечивать войска герметически закрывающимися котлами и наплиточными автоклавами для варки пищи под давлением.

Comments are closed.